Яйцами торговать надо уметь!

День выдался свободным. Сразу после утренней планёрки нас распустили на все четыре стороны. Дома делать было решительным образом нечего и я отправился праздно шататься по городу. На улице стояла изумительно теплая погода, ярко светило солнце, на небе ни облачка, птицы изо всех сил старались переорать друг друга распевая жизнеутверждающие трели и гимны каждый на свой лад. Крымским полуостровом шествовало самое замечательное время года, когда торжествующая своё пробуждение природа щедро одаривала местное население буйством разнообразной флоры, тепла и неповторимым коктейлем из ароматов прогретой земли, распустившихся цветов, запаха моря приносимого легким бризом с самой кромки прибоя.

Не имея ни капли желания отказать себе в удовольствии пройтись старыми улочками упиваясь всем этим великолепием, я не спеша скатился по Челнокова до Советской, миновал вторую школу, свернул на Галерейную, и на перекрёстке возле кафе “Ассоль” продолжил свой путь в сторону базара по Карла Либкнехта изредка встречая спешащих по своим делам или так же лениво прогуливающихся знакомых и друзей, ненадолго останавливаясь, перекидывался с ними парой слов и продолжал свой путь дальше. Ни особой цели, ни какого-либо точного маршрута не было. Я просто гулял наслаждаясь родным городом и окружающим великолепием стремительно приближающегося лета.
На перекрестке с улицей Кирова я увидел картину достойную пера. На краю тротуара высилось неизвестное современной инженерии сооружение из огромных коробок с лотками куриных яиц посреди которого, на стульчике в меланхоличном настроении восседал мой друг Вовка. Картина действительно подкупала своей нетривиальностью. Вовка – талантливый молодой художник, непревзойденный диск-жокей, любимец публики и торговля у меня не укладывались в общую картину мира, вызывая небывалый когнитивный диссонанс.

– Хай, чувак! Как дела?

– Привет. Норм. Вот Наташкины(его жена) предки подкинули возможность несколько подправить бюджет молодой семьи и я ввергнут в вечное сражение за презренный металл, конвертируемый в разноцветные денежные купюры различного номинала. Становлюсь акулой капитализьма. А ты как?

У меня сегодня свободный от этих битв день и я могу, как истинный друг, товарищ и брат, стать с тобой плечь о плечь в этом благородном деле.

– Окей. Буду рад.

– А Наталья где?

– Она заняла оборону возле ДК.

– Понятно – забили самый проходняк. Сегодня вы станете сказочно богаты.

– Да, какой там. Народ редко походит, спрашивает, торговля особо не идёт, а у меня работа на станке и настроения ноль.

Работу эту у Вовки в мастерской я видел – шикарная! Потому прекрасно понимал его состояние. Телом он был на улице, а душой у холста. В этот момент меня посетил дух озорства и я наставительным тоном сказал:

– Друг мой, яйца твои, в смысле товар, прекрасны, но для успешной торговли необходим надежный двигатель – реклама!

– Та, ладно. Какая реклама? Побежать, дать срочное объявление в “Кафу” мол я тут на перекрестке яйцами торгую?

– Нет, мой дорогой. Для этого необходимо немного безумия и креатива. Вот смотри.

Сняв с себя рубашку, я повязал её на голове в бедуинском стиле, взял в обе руки по несколько штук яиц, поднял их над головой и подражая ганстерито из мультика “Капитан Врунгель”, хриплым голосом, что есть мочи заорал на весь квартал:

– Яйца! Яйца! Лучшие в Африке страусовые яйца!

Часть прохожих шарахнулась в сторону, а часть заинтересовавшихся разворачивающимся действом остановилась понаблюдать.

– Яйца! Яйца! Лучшие в Африке страусовые яйца! – продолжал я орать, стараясь привлечь как можно больше внимания. – Самые лучшие в Африке страусовые яйца от непревзойденных производителей уникальных рогатых Антильских голубей!

На лицах прохожих появились улыбки, кто-то вертел пальцем у виска, но мало кто остался безучастным. Народ стал подтягиваться к нашей баррикаде. Некоторые подходили просто поболтать, пошутить, повеселиться, а кто-то уже протягивал деньги объявляя заказ. Вокруг нас образовалась небольшая толпа покупателей вперемешку со зрителями.

Пока я отпускал товар, Вовка, неизвестно откуда появившимся простым карандашом рисовал на отдельных яйцах лейбл со страусом. Понятное дело, лейбл был классным. Ради только его одного стоило взять как минимум три десятка и некоторые покупатели терпеливо ожидали пока из Вовкиных рук появится на свет очередной шедевр.

– Яйца! Яйца! Лучшие в Африке страусовые яйца! Оптом, в розницу и поштучно! Остерегайтесь подделок! Гарантию качества обеспечивает фирменный товарный знак!

Вовка таким же макаром повязал футболку у себя на голове и в перерывах наплывов покупателей присоединялся к моим зазываниям добавляя всё новые обороты в рекламные слоганы.

Торговля пошла достаточно бойко, но надо сказать, что рядом с нами располагались менее креативные конкурирующие торговые компании и в определённый момент у нашей точки вырос наряд милиции.

– Старшина милиции бурлум бурлум такой-то, предъявите ваши документы!

Народ отхлынул, но не разошелся в надежде завладеть уникальным товаром. С документами у Вовки всё было в порядке, потому наймитам конкурирующей фирмы предъявить особо нам было нечего.

– Тут граждане жалуются, что вы нарушаете общественный порядок, немедленно прекратите этот балаган, а ещё лучше найдите себе другое место. В противном случае мы будем вынуждены конфисковать весь товар и выручку.

С милицией никогда не стоило спорить и связываться, потому мы решили пойти на сотрудничество.

– Хорошо, товарищ старшина, а куда же нам тогда деваться. Вон все остальные на месте остаются.

– Остальные не орут на всю улицу.

– Но ведь это же реклама…

– Мне всё равно! Давайте сворачивайтесь.

Перспектива закончить торговлю нас совершенно не обрадовала и я ещё раз в надежде на продолжение обратился к стражу порядка:

А можно мы станем вон там подальше вниз по Кирова в сторону “Крыма”? Там никто не торгует и окон жилых квартир практически нет.

Посмотрев на конкурентов и увидев одобрение, старшина смилостивился и великодушно махнул рукой:

– Ладно. Перебирайтесь туда.

Наряд отчалил, мы с Вовкой стали переносить коробки на новое место. Покупатели снова подошли с вопросами будем ли мы продолжать и можно ли нам помочь перебраться на новое место.

– Друзья, вы всё слышали. Пять минут и мы к вашим услугам!

Как только были поставлены первые коробки, очередь заняла новые позиции. Мы перетащили свой товар и продолжили. Торговля шла на ура. Креативя что есть сил мы зазывали покупателей, Вовка рисовал страусов на куриных яйцах, а я отпускал товар. Через некоторое время над нашими головами распахнулось окно и оттуда выглянула прекрасная девушка, жена общего друга Глеба.

– Привет, мальчишки! Торгуете?

– Привет!

– Привет! Да, как видишь. Боремся за богатство и процветание отдельно взятой молодой семьи.

– Замечательно! Вот возьмите, попробуйте. Сама испекла.

Анжела протянула нам по огромному куску медовика.

– О, прекрасная донна! Мы склоняемся пред Вашими талантами и добродетелями, обещаем всячески воспевать Ваши благодеяния оказанные скромным торговцам Кафы!

– Кушайте, дорогие, кушайте на здоровье! Я ещё вас угощу. Ведь только так я могу заставить вас замолчать хоть на некоторое время.

Закончив смеяться, мы торжественно присягнули, что постараемся уменьшить звук и дать покой мудрой хозяйке.

Полностью распродав товар за относительно короткое время и напрочь сорвав голоса, мы распрощались до вечера, с непременным условием отпраздновать успешный опыт за бутылочкой другой замечательного крымского вина, на берегу самого синего в мире моря.

P.S.: На иллюстрации к этому отрывку тот самый Вова на фоне одной из своих работ. Причём работа именно таких масштабов. Ну, ведь бесспорный талантище!

©️ A.J.

Ашер Йосеф Черкаський

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *