Версія для друку та PDF

Прозрение

Глава 1

Он почувствовал, как по лицу, присыпанного пожухлой листвой, начали постукивать капли дождя. Он не слышал их звуки, но чувствовал равномерное прикосновение водных струй, охлаждающих его шею. Вокруг стояла безмолвная тишина. Капли дождя успокаивали. Тело словно пребыло в невесомости. Он чувствовал, как струится в сосудах кровь. Какая-то неземная радость появилась в теле.

– Это жизнь клокочет! – подумал он.

Он услышал сигнал азбуки Морзе- SOS – три точки – три тире – три точки (…—…) – спасите наши души. Все вокруг взорвалось звуками, шифрованным текстом, взрывами, голосами людей, что-то говорящих, требующих, умоляющих. Он понял, что это звуки войны, заполнившие Мирозданье.

– Вселенная напоминает, что извергов, начавших и продолжающих войны, необходимо предать судилищу. Он попытался стереть листву с глаз.

Очень тяжело дышать. Но в голове слышатся свистящие звуки взрывов, вперемежку с гулом работающих моторов. Неожиданно сознание очистилось. Он вспомнил, как бронетранспортер остановился на краю леса. Они начали выгружать боеприпасы и переносить в блиндаж. Неожиданно послышался резкий хлопок взрыва. Солдат, идущий впереди, неожиданно приподнялся в воздух и исчез между деревьев. Яркая вспышка ослепила его и понесла.

…Он парит в небесах. Небо украшено миллиардами звезд Млечного пути. Вдали просматривается воздушный замок и пролетающие мимо тени. К нему подлетел Ангел, одетый в голубой скафандр.

– Тебе еще рано посещать нас, – напевно говорит он. По отношению тебя, содеяна несправедливость. На карте судьбы, видна твоя долгая жизнь. В будущем, ты обязан не нарушать правила, установленные Всевышним и госпожой Природой.

Небосвод стал темнеть.

– Мы пролетаем мимо контрольного пункта, – напоминает Ангел. От его слов, во все стороны разлетаются цветные шарики.

– Там идет отбор праведных душ, которые не нарушали божьи заповеди.

– Но я землянин и в небесные сказки не верю, – сопротивляется его душа.

– Ты еще молод, – напевно говорит Ангел. В конце жизненного пути, все души человеческие попадают к нам.

Неожиданно повеяло прохладой. Вдали показался огромный серебристый шар, через который пролетали тени, похожие на землян.

– Здесь замеряется чистота человеческих душ, – напевно повторяет Ангел. После этого, душа обволакивается в сферическую форму и направляется в конечный путь следования. Одни взлетают вверх в Рай, на вечное поселение, сопровождаемые приятной музыкой, другие, отправляются в темную нишу небосвода – Ад, под звуки тамтамов.

Он хотел попросить Ангела организовать встречу с умными душами прошлых эпох и поговорить с ними о жизни на том свете. Почему разрешают землянам творить беззаконие и убивать друг друга? Куда девается энергия животного мира, насекомых, жителей водной стихии. Ведь это творения Всевышнего, как говорится в святом Писании! Но его неожиданно закружило и быстро возвратило на землю, не дав возможность попрощаться с Ангелом. Болью пронзило тело. Поразило отсутствие воздуха. Состояние, как человека, находящегося под водой. Нужно было попытаться продуть легкие и задержать дыхание. После рвоты, дышать стало легче. Через ветви деревьев, просматривается осенний вечер, заполненный красками уходящего дня. Дождь продолжает идти. Он чувствует прохладу осени. При чихании, резкая боль пронзает тело. До сознания начали доходить каркающие, монотонные звуки ворон на ветвях деревьев. Природа готовилась к ночлегу. Жизнь медленно возвращается в органы тела.

Он слышит приближающийся шум человеческих голосов.

– Взрывом разнесло в клочья двух бойцов, – рокочет мужской голос. Останки необходимо собрать на опознание. Третьему подфартило, шевелиться. Значит жив!

– Жестокость слышится в ваших речах, Эдуард Федорович.

– Я только констатирую факты, господа медработники. Из троих солдат убиты двое.

Он попытался поднять руку и напомнить, что жив. Но руки не слушались.

– Теперь раненого необходимо перенести в укрытие, чтобы его, как и нас любимых, не накрыла вражеская артиллерия, – приказывает мужчина.

Его перекладывают на носилки и несут по извилистой тропинке. Он словно наблюдает себя со стороны. Под лучами заходящего солнца, просвечивается просека. Казалось, что он видит оленей с рогами и всадников на лошадях, возвращающихся с охоты. Санитары тяжело дышат, лавируя между деревьев, продолжают нести носилки. От равномерного покачивания, боль притупляется.

– Осень хорошо встречать с любимой, – подумал он, сопровождая взглядом падающую листву. Но за время службы он не видел мирной жизни и танцующих девушек на отдыхе. Его это не удивило. Солнце уходит за горизонт.

Его носилки ставят на землю. Все покрыто опавшими листьями. Санитары спрыгивают в траншею. Один из них чертыхается из-за неудачного приземления. Общими усилиями стаскивают носилки вниз. Боль заволакивает сознание. Трудно дышать. Пройдя несколько десятков метров, они заносят его в темную пещеру.

– Неужели поместят в прибежище чертей? – подумал он.

Его носилки ставят на ящики. Включают фонари и, санитары садятся на скамейки. Дыхание у них свистящее, с хрипотцой. Блиндаж захламлен инструментами, кухонным оборудованием. В глубине блиндажа стоит пустая пирамида для оружия и топчаны для отдыха солдат.

– Помощники все отдыхают, – ворчит входящий в блиндаж мужчина. Заниматься физкультурой нужно. Пронесли носилки с раненым и дышите, как старики.

– Так у него почти центнер веса, – товарищ капитан, – отзывается великовозрастный санитар.

– Главное, что боец жив! Моя недоработка, как руководителя медицинской службы дивизии, что недостаточно занимаюсь с вами, общефизической подготовкой.

– Ждем вашего приказа, – отзывается Никитич, старший санитар. Готовы принять участие в соревнованиях по легкой атлетике, но после увольнительной.

– Все об отдыхе, а работать должен капитан, – с сарказмом бормочет он и начинает мыть руки жидким мылом.

Молодой санитар Владимир, сливает воду со стеклянной банки. Врач аккуратно протирает руки салфеткой и надевает медицинские перчатки.

– Такую полевую форму из ткани «Грета», испортили осколками, – бормочет Владимир. В мирное время ей бы износа не было.

Санитар разрезает форму и начинает очищать тело спиртосодержащей жидкостью. Раненый резко чихает.

– Мужская душа пробуждается от спирта, – улыбается Никитич.

– Вам все шутки, – замечает капитан. Вижу опухоль, без повреждения кожи, что говорить о скрытом переломе руки. Обезболивающий укол, раненому не помешает.

– Подержите раненого за плечи.

Он прощупывает пальцами руку, покрывая ее жидкостью, стараясь определить степень перелома. Санитары крепко держат раненого, который кричит от боли.

– Роды прошли успешно, – шутит Федорович. Нужно наложить шину. В госпитале раненого ждут лечебные процедуры. После выздоровления, он прочувствует волшебный миг встречи с молоденькими массажистками. Мне и самому захотелось испытать неземное счастье любви.

– Не понижайте моральный уровень подчиненных, – бормочет Никитич. Пора и нам предоставить отпуск. Помощники помогают быстро наложить шину.

– Ребро мне совсем не нравится. От удара оно потревожено. Потому раненому сложно дышать. Закрепим грудную клетку в конце осмотра.

– Как зовут, дружище?

– Станислав Болдырев, – сквозь боль шепчет он.

– Приятно познакомится. Такого великана и пригласили на передовую. В АТО лучше быть лилипутом, а не двухметровым гигантом. Хорошо, что бронежилет многие осколки задержал. Но парочка нашла приют в ноге. Нужно предупредить кровотечение. Враг проверил физическое состояние бойца.

– Его нужно на конкурс красоты показывать, а он лежит на передовой и прохлаждается.

Санитар разрезает штанину и привычно очищает рану.

– На наше счастье, мелкий осколок не затронул артерию, – замечает врач. – Рентген покажет, что я был прав. Попытаюсь удалить осколок. Нужно только прочистить рану. Для дезинфекции не пожалею спирта и стерильных материалов. Удалим из твоего тела подарок от правителей России. Любят они русскоговорящих украинцев. Так им хочется освободить нас с тобой и детей наших от бандеровцев. Держишься ты молодцом, Станислав! Осколок дарю на память. Кровотечение приостановлено. Старшине медицинской службы Никитичу, доверяю перебинтовать рану. При выполнении задания, его ожидает армейская стопка водки.

– А мне, товарищ капитан? – со вздохом отчаяния, спрашивает Владимир.

– Будет зависеть от количества блюд на ужин и качество сервировки походного стола.

Руки санитара Никитича быстро выполняют работу.

– Приподнимите раненого, а я перебинтую его грудную клетку, – командует врач. – От удара, нарушено ребро. Вы привыкли на гражданке ранки йодом замазывать и за это получать презенты: элитный шоколад в коробках, колбасные сервелаты и вина заморские. Сейчас вы увидите, как работают настоящие профи в военных условиях. Мы применяем широкие бинты, чтобы они не соскальзывали. Начинаем бинтовать грудную клетку восьмерками. Повязку будем начинать с наложения первых ходов в ее нижнем отделе. Грудь забинтовываем последовательно вплоть до подмышек. Затем при помощи одного укрепляющего хода переходим на левое плечо и по спине идем вниз под правую подмышку. Потом на грудь снова накладываем круговой ход. Далее проходим под левую подмышку, оттуда – на спину и сзади ведут бинт на левое плечо. Повязку заканчиваем круговыми ходами в верхней части грудной клетки.

– Учитесь, товарищи санитары, пока капитан медицинской службы, не защитил диссертацию и не уехал за границу зарабатывать валюту! Шутка! Первая помощь оказана. Когда я проконсультирую раненого о философии выживания, вы позаботьтесь об ужине. Главное кровотечение остановлено и раненный к путешествию в госпиталь готов.

Санитары безмолвно уходят.

– Когда будешь поднимать тост за армейское братство, вспоминай фронтового медбрата, Эдуарда Федоровича и его помощников. На гражданке, не церемонься с мерзавцами, которые произносят клич: за мир во всем мире, а сами гребут все под себя. Ты посмотри, сколько вагонов уходят в Россию с провизией, трубами и прочим барахлом. А назад с углем, газом и нефтью. Говорят, что это большая политика! А мы ребят не успеваем хоронить и инвалидов направлять на лечение. Раненому докладываю, что машина скорой помощи будет через полчаса. Как чувствуешь себя, Болдырев?

– Хорошо, но не очень!

– Юмор для мужчины, лучше женьшеня! -Si transit Gloria mundi (лат.) – Так проходит слава мирская, – говорили древние.

– Спасибо за спасение, доктор!

– Отдыхай! Первая помощь оказана. Надеюсь, инвалидом не будешь! Каким видом спорта занимался на гражданке?

– Восточными единоборствами в институте физкультуры.

– Тебе нужно готовить сильных защитников Отечества в спортшколе, а ты осколки ловишь в АТО. Какая несправедливость жизни!

Федорович собирает медицинский инструмент в чемоданчик и уходит, напевая песню.

…Ніч яка місячна, зоряна, ясная! Видно, хоч голки збирай. Вийди, коханая, працею зморена, хоч на хвилиноньку в гай.

Станислав пытается продолжить слова песни, но жгучая боль парализовала дыхание. Голос капитана затихает в ночи.

И наступила блиндажная тишина. Фонари, освещают в углу икону Святой Марии.

Вдали слышалась привычная вечерняя канонада. Он находился в полудреме. После развода караула, вошел старшина.

– Как состояние раненного? – спросил он.

– Водички бы попить?

– Это мы можем. Ты откуда родом?

– С северного Приазовья, – ответил он. Спасибо за угощение.

– Совсем недавно наслаждались теплотой Азовского моря и гостеприимством жителей Бердянска. Сегодня принимаем участие в защите территории. Вот паразиты российские! Все не успокоятся. Как приходит ночь, и начинают обстреливать. Сколько ребят угробили. Мы тоже им спуску не даем. Когда только война закончиться?

Послышался гул голосов. В блиндаж вошли двое в камуфляжной форме.

Они подхватили носилки и направились к выходу. Их встретила темнота и холодный осенний ветер. В кабине скорой помощи зажегся огонек. Сопровождающие закрепили носилки и пожелали счастливого пути. Скорая резво умчалась в пункт назначения. Водитель невозмутимо напевал мелодию, преодолевая темноту ночи. Иногда он разговаривал по мобильному, уточняя маршрут следования. На одной из остановок, к ним подсаживают двух раненых. Опять тряска, ругательство водителя на качество дорог, вперемежку с песенным свистом. Через время, они прибывают на армейскую базу. Там сделали укол и его, вместе с другими раненными, погрузили на вертолет. Время уходило в состоянии дремоты, прерываемой грохотом вертолета. Были остановки, подсадка раненых и снова гул вертолета. Ранним утром, они приземлились на гражданском аэродроме в Днепре. Когда его выносили, заслепило глаза. Территория была покрыта снегом. На скорой помощи его увезли в госпиталь.

– Вот и наступила зима 2017 года, – подумал Станислав.

Виктор Гирский

ОБ АВТОРЕ

Родился в Бердянске Запорожской области. Тут же начал трудовую деятельность фрезеровщиком на Первомайском заводе. Служил в армии. Выполнял интернациональный долг по защите Кубы в 1962-1963 гг.
Окончил дневное отделение Крымского педагогического института (факультет физвоспитания).
Трудился на различных должностях в системе физической культуры и спорта в Сумской области и Днепропетровске.
Увлекается физкультурой, фотографией, музыкой, шахматами.
Пишет прозу. Кроме рассказов, спортивных репортажей, аналитических статей о спорте, написал повесть «Американец поневоле», романы «Хроника легкомыслия», «Майдан по неосторожности», «Прозрение». Ждут своего читателя романы «Трагедии не забываются», «Маятник тщеславия», «Будни чемпиона».
Главные темы в творчестве – политика, любовь, патриотизм, история, военное детство. Героям его произведений помогают в жизни человечность, юмор и характер победителя…

One Comment

  1. Спасибо, читается на одном дыхании, автор талантлив бесспорно. Хочу прочитать продолжение, необходимы маленькие корректорские правки по тексту

Напишіть відгук